Сегодня мир буквально захлестывает «девятый вал» информации о криптовалютах: «деньгах нового типа», «цифровом золоте», не привязанном к каким-либо государственным институтам и реальным ценностям оффлайн. О «биткоинах» и прочих «эфириумах» говорят банкиры и политики, ученые и журналисты…

Совсем недавно свою лепту в криптовалютную копилку внес и первый вице-премьер России Игорь Шувалов, который заявил, что в нашей стране должна появиться национальная криптовалюта и что уйти от этой темы уже не удастся.

О том, что в российских «верхах» активно обсуждается подобная перспектива как вариант выхода из «Вашингтонского консенсуса», мне уже доводилось писать два с лишним месяца назад. И то, что эти «новые деньги» будут именоваться «крипторублем», а не «руткоином», как предполагалось изначально, — сути дела особо не меняет.

Но, даже оставляя в стороне все уже видимые «подводные камни» подобных затей, таких как «закладки» в программах и, соответственно, наличие скрытых «центров управления» потоками криптовалют; понимая, что в основе этого феномена лежит вполне объективный процесс экспоненциального роста производимой человечеством информации, в том числе авторизованной, своего рода сход информационной «снежной лавины», которая может погрести под собой всю мировую финансовую систему, — все же считаю необходимым обратить внимание на два пока не слишком обсуждаемых в связи с данной темой обстоятельства.

Криптовалюты как финансовый аналог протестантства

В каком-то смысле, эта финансовая история повторяет историю религиозную, которая случилась на много веков раньше и длилась на много веков дольше. Я имею в виду раскол христианства сначала на православие и католицизм, а потом — протестантскую Реформацию последнего, с религиозными войнами XVI-XVII веков.

Так вот, можно сказать, что криптовалюты являются финансовым аналогом протестантства. Точно так же, как «фиатные» деньги центробанков — финансовым аналогом католичества, с его индульгенциями на будущее.

Ничего удивительного в этом нет — мир един, и даже если вы поставили на место Абсолюта «золотого тельца», с ним будут происходить те же «слишком человеческие» метаморфозы: сначала он перестанет быть золотым, потом перестанет быть тельцом (утратив «телесность» своего тела, что и происходит с криптовалютами), а затем — вообще исчезнет из этого мира.

Мировоззренческой основой криптовалют, как известно, является «личная вера» в них каждого участника транзакционной сети и прямой обмен между ними при помощи технологий «блокчейн» без посредничества каких-либо финансовых структур, государственных или коммерческих. И вот здесь мы снова сталкиваемся с проблемой «роли личности в истории» — только с ее обратной, «массовидной» стороны.

Криптовалюты как деньги прекариата

Самое парадоксальное, что рекламируемые как «деньги для людей» криптовалюты появились на мировой арене в тот самый момент, когда человек, как базовая экономическая реальность, — если не исчезает, то очень сильно трансформируется.

Например, с точки зрения производства, существование подавляющего большинства представителей биологического вида homo sapiens сегодня не является оправданным. Необходимый для существования семи миллиардов людей объем товаров и услуг может быть обеспечен всего лишь несколькими сотнями миллионов, для остальных работы нет.

Но если они не будут потреблять, производство должно стать еще меньше, и так — до некоей «точки экономической сингулярности», которую «сильные мира сего» постоянно пересматривают в сторону уменьшения на всяких бильдербергских клубах, богемских рощах и прочих коммуникативных форумах глобальной «элиты».

При этом созданный действующей экономической моделью цивилизационный штопор благообразно именуется «проблемой прекариата», то есть даже не пролетариата, имеющего рабочие руки, а пролетариата, условно говоря, лишенного одной руки или даже двух рук сразу, вынужденного работать этой одной рукой, ногами или иными частями тела всего по два-три часа в неделю…

Возможно, криптовалюты и создавались как деньги для прекариата — основанные на стихийном обмене товарами и услугами в общественных низах, принципиально не имеющие ответственного эмитента, но полностью подконтрольные скрытым центрам управления в рамках технологий «блокчейн» и Big Data? Если в эпоху Великих географических открытий европейские колонизаторы расплачивались с дикарями за золотой песок раковинами каури или стеклянными бусами, то чем криптовалюты хуже этих «квазивалют»?

В любом случае, введение в дискурс криптовалютной проблематики указанных выше факторов, пока описанных фигурой умолчания, не будет неадекватным и контрпродуктивным.

Читают сейчас